Приветствую Вас, Гость! | Главная | Каталог статей | Регистрация | Вход

» Воспоминания

Категории каталога
Cтатьи [210]Газеты [87]Журналы [25]Воспоминания [46]
Рассказы [15]Стихи [335]Книги [35]Сборники [7]

Воспоминания сержанта погранвойск Николая Цехмейстера 1985-1986 гг. Файзабад
Воспоминания сержанта погранвойск Николая Цехмейстера 1985-1986 гг. Файзабад



ДРА воспоминания. 1364 год по афганскому календарю.
9 января 1985 года вылетели с города Керки. Пересекли границу Советского государства. Приземлились в городе Меймене, провинция Фарьяб. Первые впечатления были мрачные, ни одного деревца. Одни сопки вокруг. Привели меня на питомник, там вытрусили вещи повыбирали что лучшее. Я привязал свою собаку возле будки, привели меня в штаб. Там меня направили служить на первую заставу инструктором мино-розыскной службы собак. И вот показали мне мою землянку, познакомили с дедами показали кровать. Бывший инструктор передал мне свой автомат АКСу. Он был в безобразном состоянии аж ржавый внутри. Застава была наша бээмпистов. В распоряжении заставы было 5 БМП-2 и 30 человек личного состава. Всего на точке было 230 человек вместе с офицерами.Вокруг точки минное поле 50 метров шириной и круговая система обороны. На восток и юг от точки были горы, на север и запад были расположены сопки. Кормили на точке хорошо в первое время, пока не открыли столовую. Помогали чистить оружие, а оно после операции страшное было. Разбираешь автомат вкидаешь в ведро с соляркой, откисает он сутки, только после этого можно было до ума довести. Как я писал мне выдали оружие и снаряжение, штык-ножи висели у каждого над кроватью. А снаряжение прямо на кровати, кровати были двухярусные. Когда первый раз убирал в землянке то меня поразило халатное отношение к боеприпасам , патроны были разбросаны по всей землянке, иногда из какого нибудь угла выметешь то гранату то запал. Гранаты валялись под кроватями не говоря уже про патроны, где под каждой кроватью было по 2 и 3 боекомплекта (один боекомплект 470 патронов 5.45 росыпю).Точного количества никто не знал, счет шел на ящики и цинки. Личные вещи солдат хранились в ящиках из под гранат или в тумбочках. На первом году службы было положено спать на втором ярусе и созерцать прокопченный потолок и дышать дымом от курева, потому что весь кумар подымался верх и на верху всегда был седой воздух.


Про дедовство.
Встреча была очень гостеприимная. На следующий день на точке готовились к выезду на операцию и потому меня сразу погнали на позицию комплектовать машины. Дедовство было сильно развито, мы даже не имели права лечь спать без разрешения дедов. Должны застилать койки после них, подавать тапочки, подносить рубон. Если мы не выполняли какое либо из требований дедов то у нас был физчас после которого в глазах темнело и три дня все болело. На питомнике мне приходилось частенько отдыхать после службы. Потому что деды в землянке не давали спать. А служили мы так, с 20 вечера до 2 ночи, и с двух ночи до 8 утра. Хотелось сутками гнить на позиции, но не идти в землянку, а то деды сразу начинали гонять. Много раз было желание гранату бросить на их головы, но в последний момент сдерживался. В особый отдел меня один раз вызвали, да и других молодых вызывали, но никто не раскололся. Все говорили, что хорошо все на заставе.

В феврале прилетели двое осеников, нормальные пацаны. Через две недели один с них поехал на операцию в долину Альмар. Когда возвращались то БМП на которой ехал и молодой пацан подорвался на мине. Этот пацан как раз спал внутри в отделении десанта. Старых по выбрасывало на землю, ну а его ударило об броню. Через двое суток он помер от кровоизлияния в мозг и отека легких. Это была первая смерть которую я увидел в ДРА. Я даже не представляю какое горе его матери, он осенью призвался а зимой уже погиб. Наградили его орденом Красной Звезды.

Личный состав первой заставы БМП-2. Март 1985 год.

25 марта 1985 года ходили в долину Альмар.
Там находится пост и нужно было воду туда подвезти, потому что басмачи воду перекрыли.
Почти всю дорогу прошли пешком, собака работала хорошо. Сарбозы сняли несколько мин перед нами. Одна машина у них подорвалась, они ее быстро сделали. До крепости в которой находиться пост подошли хорошо хотя и немного обстреляли нас. Перед крепостью есть кишлак, и мы подьехали на БТРе к нему и открыли огонь по нему чтобы немного отвлечь духов и можно было к крепости все подвезти. Тогда мы где то часа три постреляли, потом быстро собрали вещи и начали отступать к своим. Пустые цынки из под патронов мы расстреляли чтобы они не достались духам. Командовал нашим БТРом ст. лейтенант Сирик, командир он был хороший, ничего не боялся лез в самую гущу боя. Ночью меня приняли в деды, отстучали по заднице 12 раз ремнем пряжкой. Там был Вадим Новиков ему тоже отстучали по заднице. Этим вечером нас обстреляли с безоткаток. Пришлось под дождем рыть копанир для БТРа. Целую ночь шла стрельба. Утром выехали обратно, на первом перевале подорвалась наша последняя БМП - 746. Я никак не могу понять почему она подорвалась. Впереди прошли сарбозы, дорогу щупали, потом мы за ними.
И учитывая то что вся колона прошла по той мине. Возможно она была управляемая и очень глубоко закопана. Потом на обочине сарбозы нашли мину, никак не могли ее выдернуть. Тормознули колону. Мы вечером проскочили на точку, а пацаны ночевали на сопках. Утром мы им проверили дорогу и все вернулись нормально.

Через пару дней снова выехали на новую операцию.
Ездили в Даулидабад. Духи кишлак взяли и надо было оказать помощь, какой то комитет засел в одном здании. Их так и не выбили оттуда, а ночью они ушли. В том бою погибло двое офицеров и один солдат с ДШМГ. другие источники

Потом блокировали Андхой, но там банда тоже ушла через кишлак Карамколь потому что не смогли его перерезать. Здесь впервые у меня перед носом легли пули, пришлось покрутиться, чтобы в тебя не попали, наш БТР поехал заправляться и меня оставили одного на блоке. Духи это увидели и давай палить, пуля легла рядом, я переворачиваюсь на это место где пуля легла. Следующая ложится на том месте где я лежал и так пока не приехали наши. Так получилось, что наш БТР стоял с краю и ночью пришлось хорошенько пострелять, чтобы никто не подошел. На утро кишлак прочесали а там никого нет. Пришлось возвращаться ни с чем. По пути захватили колону наших машин с Союза с продовольствием, боеприпасами и горючим для нашей точки. По дороге сняли одну мину, подорвали на месте. На второй подорвалась наша машина ЗИЛ-131 с дровами, в спешке не проверили дорогу проехали немного. Обстреляли духи нас с русла реки, мы открыли ответный огонь. А вообще нормально доехали до точки без каких либо приключений.

25 апреля 1985г. Поехали обьединеними силами брать базу в долине Альмар.
Участвовало 4 ММГ. Полк и дивизия сарбозов с танками и пушками. Коридор нам сделали соседние монгрупы, так что мы быстро доехали до Альмара. Сразу наша монгрупа поехала в объезд поста на южную сторону долины По дороге за крепостью подорвалась наша МТО ЗИЛ-131. Пацаны сильно обгорели но остались живы На вертолетах их отправили в Союз . Наши коробочки растянулись и пошли на кишлаки что стояли перед нами в сторону гор. Наш БТР получился возле самих сопок с краю долины. Засвистели пули , пришлось лезть под броню. С гранатометов духи начали работать, взрывы были с разных сторон. Наконец наводчику была работа, только успевали заряжать коробки для патронов, ПКТ и КПВТ. Союзники пошли в наступление, но под первыми дувалами залегли потому что духи сильно укрепили весь подход до базы. Наш фронт был сильно растянут и сил наших было маловато чтобы брать так хорошо укрепленную базу. В нашей машине был командиром Холявко молодой офицер. Он впоследствии остался в ДШ служить еще на один срок.
Наши Керкинские десантники попытались сесть сзади за кишлаками на входе в ущелье. Но им это не удалось потому что все вершины были утыканы ДШК. Борты только попытались сесть как по ним тут же открывали огонь и приходилось улететь продырявленными. Короче десант не высадили, оно и к лучшему для пацанов. А то мы их могли и неотбить у духов. Вечером мы отошли, где то на километр от кишлака прикрывая отход союзников. Они отходили и уносили с собой раненых и убитых.На следующее утро снова пошли на кишлаки. Наши борты начали бомбить кишлаки и ущелье. Наше счастье что у духов не было стингеров и борты свободно летали. После артподготовки пошли сарбозы до кишлаков и мы за ними, хотя это были бесполезные попытки. Вечером обратно отошли.
На третий день мы предприняли попытку вместе с сарбозами и огневой поддержкой подойти до кишлака, но наши попытки были безрезультатными . Могли дойти только до первых дувалов. Да укреплена база была хорошо, в бинокль смотришь на сопки и видишь как духи на ослах и лошадях возят боеприпасы на свои вершины. Там стояли палатки на вершинах. В общем за всю службу мы впервые подошли на такое расстояние, больше такой возможности у нас не было. Подорвали машину МТО на месте и пошли на точку. В монгрупе мы уже подробнее узнали результаты этой операции. Был убит главарь банды. И когда десант высаживался и борты только начали приземлятся то кто то из духов не выдержал открыл огонь по вертолетам и они обратно взлетели верх, они очутились там под перекрестным огнем. Если бы духи дали сесть бортам то я думаю мало, кто живой там остался. А отделались испугом и простреленными бортами. другие источники

20 мая 1985 года снова наша монгрупа и полк сарбозов который стоял в городе поехали в Альмар.
Потому что там перекрыли воду для поста и надо было ее завозить. В общем нормально прошла эта операция, у нас без потерь обошлось.

Землянка.
Как то летом 85 г. Ребята собирались на операцию, я бил дежурный по землянке. В общем, стою наверху перед входом и разговариваю, тут внутри в землянке хлопок и все забегали. Забегаю вниз , смотрю, сидит на втором ярусе кровати молодой который с Союза пару дней назад прилетел и держится в области своего достоинства , бистро в санчасть его отволокли где ему оказали помощь. Оказывается в его руках взорвался запал, ребята внизу сидели, собирались на операцию. Как обычно боеприпасы разбросаны вот он и схватил запал, чеку выдернул и растерялся. Разжал и ему посекло его достоинство и руки. Борти его забрали и в нас он больше не появлялся.
Вот здесь и началась веселая жизнь для нас. Так как это на моем дежурстве то я обратно в немилости. Заставили меня все гранаты , запали и все патроны пересчитать и им доложить. С ребятами вместе все пересчитали, и вот можно представить каждый дежурный все это пересчитывает и сдает дежурство. Меня ставят через сутки, потихоньку крыша у меня начинает сезжатть. Сейчас невспомню сколько ходил, спасла меня очередная операция. Приезжаем с операции, снова я дежурный по землянке. Сдаю дежурство, спрашивают все ли автоматы. Я как обычно что все на месте, ну куда они могут с землянки деватся. Иду и считаю автоматы, одного не хватает. В дневальных спрашиваю, говорят что никто не выносил кроме тех что на позиции. Шьют мне дело за утерю автомата. Через три дня у меня нервный срыв, ложат меня в санчасть с температурой за 40. Уколами отходили очухался я, дня три полежал. Прихожу в землянку а там все автоматы на месте.

С 1 июля проводили операцию в районе Андхоя.
На операции неплохо дынь поели, Стадо верблюдов и быков перебили. Двух духов в плен взяли. В метрах пяти от БТРа стояла копна соломы , и вот когда уходили то мы с автоматов трассерами подожгли ее. А оттуда два ашнака выскакивают и давай убегать, вот мы их и взяли. Дынь насобирали почти полный десант что некуда било сесть, в общем обьелись вдоволь. 11 июля мы выехали с Даулитабада и когда с поля выехали на первый перевал то сразу подлетели на мине. Наше счастье что мина взорвалась под задним левым колесом, под движком и всю вину на себя принял движок. И пацаны в десанте спали а под сиденьем лежал ящик с тротилом, так что если бы взорвалось под средним колесом то я не знаю чем бы это закончилось для нас, Последствия били бы трагические, а так отделались только легким испугом. Поехали мы по другой дороге, до точки ехали первые, только без одного колеса. На точку пришлось въезжать первыми. С Максимовым на этой операции были.

Это я сижу в воронке после подрыва на мине.


Через два дня мы полетели в Союз для профилактики в санчасть
Там мы пробыли неделю, много молодежи тупило с учебного и лежало в санчасти . Потом прилетели на точку и через два дня должны были ехать на операцию но нас саперов которые подорвались на 753 БТРе штаб не пустил на операцию. На этой операции подорвался снова саперний БТР 739. Как видно не зря опасались. Там подлетел Прокощенков, они шли на Альмар.

11 августа 1985года самолет плюхнулся на нашу взлетку. АН-26 с оружием.
Я тогда находился на питомнике. Когда он пошел на снижение, то с самолета летели ракеты, и он странно начал кружить над точкой. Потом резко пошел на снижение и упал брюхом на краю взлетки, проехал по взлетке третью часть и загорелся. Летчики выскочили с самолета через трещину в самолете, отделались только ушибами. Мы все позаскакивали в землянки, а в самолете все начало гореть и рваться. Этот самолет летел с Кабула. Вез оружие нашим союзникам. Часа три горел, после него осталась вспаханная взлетка. Оторванные движки и части фюзеляжа. Как нам потом довели то ему перебили управление. Трос который идет к хвосту и немогли работать подкрылки. Оружие все сгорело дотла. Там были наши АКМ, ППШ, Дехтяри, диски к ППШ и много цинков с патронами все разорванные. На следующий день прилетели борты и забрали летчиков в Кабул.

Вот такая ручка получилась с топливных трубок этого самолета. Патрон, трассер 7.62 и вот такая память получилась.
Жизнь на точке протекала весьма однообразно. Утром в 7 подьём завтрак. Кто после службы тому спать, кто свободный то на работу рыть землянку или ход до позиции рыть. Собаку тренировал на питомнике.


БМП-2 №744 подорвалась на фугасе под кишлаком Токоли-Мусо сгорела полностью. Ребята остались живы, получили тяжелые контузии. Механик-водитель этой БМП Козырев после этого подрыва в землянке по ночам орал, спать не давал.

ПОЛИТОТДЕЛ ВОЙСКОВОЙ ЧАСТИ 9998
Экз № ______
ВРЕМЯ ВЫБРАЛО НАС...
Сборник примеров героических поступков воинов-интернационалистов
Под общей редакцией подполковника В. Кудрявцева
Автор-составитель капитан С.Сметанников
г. Душанбе 1988 г.
12 сентября 1985 года в районе кишлака Баткак, по колонне с грузом, возвращавшейся из г. Меймене, ударили из крупно¬калиберных пулеметов и противотанкового оружия устроившие засаду басмачи.
Боевую машину пехоты, которую вел ефрейтор Владимир Козырев, словно передернуло в ознобе. Мина... У Владимира потемнело в глазах, в нос ударил резкий запах дыма. Вскочив из лю¬ка, он резанул очередью туда, откуда стреляли душманы.
И снова бросился к машине. В десантном отделении находился товарищ, Артур Сухорученко. Нащупав в дыму своего друга, потерявшего от взрыва сознание и придавленного ящиками с боеприпасами, он вытащил его из горящей машины.
Укрыв Артура в арыке, ефрейтор Козырев вновь вступил в бой, заставляя молчать одну за другой огневые точки противника. Колонна тогда вовремя прибыла к месту назначения. Вместе с ней вернулись Владимир Козырев и Артур Сухорученко. Отказавшись от эвакуации, они прошли с колонной весь путь.
Эту информацию мне прислали в 2009 году.

В октябре 85 года поехали на операцию в сторону Андхоя.
Мы блокировали кишлак с восточной стороны. Там немного погуляли по кишлаку да и вобще по местности. Наш 753 БТР который уже сделали стоял гдето в двухстах метрах от кишлака возле глубокого арыка по которому мог пройти человек незамеченный. Одного дня по этому арыку трое наших пацанов пошли в кишлак за провизией. Я остался возле БТРа их ждать. Через некоторое время к нам поехала машина с пэфээсом, нужно было пойти в кишлак и предупредить пацанов чтобы не высовывались. Я взял автомат с одним магазином и пошел по арыку в Андхой. Я орал, орал в кишлаке но никто с хлопцев не обзывался. Перед входом в одно жилище я увидел кувшин, я по нем немного пострелял и ушел обратно к нашему БТРу. Через некоторое время к нам пришли хлопцы которые уходили, они грабанули одного душмана. Курей, муку, конфет рису с изюмом принесли. Они все были перепуганные, как потом они рассказали что кто то по ним стрелял. Оказалось что это я стрелял по кувшину а хлопцы были внизу и пули свистели у них над головами они подумали что это духи появились. Томченко говорит палец окунул в какоето варенье, поднимаю руку ко рту а тут пули свистят возле лица, на землю падаю гранату вытаскиваю и думаю все обложили духи. В общем все обошлось хорошо. Банда ушла обратно, а по дороге с Мозари Шарифа пошла правительственная колона на Меймене. Мы остались на блоке чтобы никто в кишлак не вошел. Както вечером когда мы ужинали то услышали топот многих ног, мы все повскакивали я схватил СПШ и начал стрелять в сторону Андхоя. Оттуда в нашу сторону неслось гдето около 20 лошадей, мы открыли по ним огонь. Они завернули обратно в кишлак. Потом сопровождали колону до Меймене. Перед кишлаком Токоли Намусо мы стали на блок в случае обстрела с русла. Сели возле БТРа и начали играть в карты, когда последние машины проехали со стороны русла духи ударили с гранатометов. Нам пришлось срочно догонять колону. В Токолях прямо перед нами подорвалась машина с мукой, пришлось ее ночью охранять. Ночь прошла нормально, хотя ту ночь никто не спал. По сторонам дувалы, место конечно нехорошее. Целую ночь с сарбозами чаи ганяли, подарили на чайный сервиз за то что с ними были. Пришлось выкинуть перед вьездом в монгрупу, ребята передали со связи что шманать нас будут.


Через пару дней поехали в сторону Кайсара.
По пути заехали в Альмарскую долину оказать помощь посту сарбоз. На первый день не смогли подойти из за сильного огня противника (духов) с гранатометов часто обстреливали наши коробочки. На второй день мы снова пошли к крепости. Очень тихо было когда мы подходили к кишлаку с левой стороны от крепости чтобы заблокировать и прикрыть союзников. Без единого выстрела мы подошли до кишлака, когда до первых дувалов оставалось метров 80 то над нашим БТРом просвистела болванка, выстрел с гранатомета разорвался сзади. Через пару минут выстрел повторился, на этот раз я засек откуда стреляли и скорректировал огонь с нашего БТРа по тому месту откуда стреляли духи. А сами в это время повыскакивали с машины и автоматным огнем начали прикрывать отход нашего БТРа в более безопасное место. Хорошо что мы отошли, третий выстрел был мимо и сзади нас разорвался. Немного отошли и заняли удобную позицию и начали пристрелку кишлака чтобы отвлечь духов на нас, и союзники могли в крепость подвезти все необходимое. В это время какойто душман вел прицельный огонь с "бура" винтовка английская 1905 года. Со временем я научился различать по выстрелам наиболее часто применяемые виды оружия. Когда пули начали ложится возле самого носа и нельзя было высунуться я схватил бинокль и с верхнего десантного люка начал наблюдать за местностью. Через некоторое время я засек этого духа который вел огонь по нас и скорректировал огонь по нему с нашего КПВТ. Когда опускался в люк то одна пуля угодила в верхний люк, в то место с которого я наблюдал за духом. К счастью никто в люке не торчал, погнула крышку люка немного и все обошлось. Пуля была самодельная отлитая со свинца, она рассыпалась об люк и осколки полетели мне на голову. По рации БМПистам дали наводку, с того места больше никто не стрелял.
До Кайсара дошли нормально, без проблем. Долину смерти обошли стороной, по дороге сарбозы в армию местных жителей набирали кто не успел убежать. Показуху устроили для сарбозов по поиску взрывчатых веществ. Они нас пловом угостили с изюмом, я такого раньше еще не ел. По пещерам полазили, норы хорошие повырывали, много чего туда спрятать можно было. В Кайсаре пару дней постояли в монгрупе.


Сергей Харченко и я в Кайсаре.

Суровые будни.
Ноябрь, Декабрь и Январь 1985-1986 года прозябали на точке в окопах по 6 часов каждую ночь. Нужно было постоянно двигаться чтобы не замерзнуть. Сколько мы в сырых окопах перемечтали о гражданской жизни. Она нам казалась такой далекой и недоступной, как будто ты всю жизнь провел на позициях. От дождя укрывались ОЗК, он нам здорово помогал на службе. Особенно на операциях, в лужах приходилось спать. После службы мы в землянке пили чай, почти всегда без сахара. Да сахар там дорого у нас ценился, и с куском хлеба. Падал на койку как подкошенный и конечно не завидовал тем кто нес службу на позиции. Иногда срабатывали мины которыми была огорожена наша точка, тогда хлопцы немного отрывались. Местность обстреливали с автоматов и пулеметов. На позиции курить строго запрещалось, но почти все пацаны этим законом брезговали. А однажды ночью когда я служил с Сусловым Павлом то Пашка закурил, в это время где то метров 250 раздался выстрел и пуля просвистела рядом и воткнулась в землю немного поодаль. Мы попадали, и пацаны конечно начали немного прятаться, жить то всем охота.

22 января 1986 года мы выехали на следующую операцию.
Дошли до Альмара хорошо без стрельбы. Перед въездом в долину немного обстреляли нас с сопок но общем всё прошло хорошо. Ночью тащил службу, охранял сон товарищей. Периодически простреливал местность с автомата. Ночь прошла тихо.
На утро мы позавтракали,шел мокрый снег с дождем. Сохнуть было негде, так как ночью спали на улице и били мокрые. В 10.00 выехали и двинулись в сторону крепости, наш саперный БТР как обычно шел впереди.
Не доезжая до крепости полтора километра с левой стороны с арыков по нас душманы открыли сильный огонь со стрелкового оружия. Наша коробочка остановилась и мы начали вести интенсивный огонь по местности. Наводчик у нас был молодой и немного растерялся и потому на пулемет частенько замолкал. Душманам это было только на руку. В это время когда наш пулемет не стрелял они по нас стреляли очень интенсивно.
У меня заканчиваются патроны и Юра садится на мое место. Юра сидел слева и в бойницу вел огонь с автомата, я в это время заряжал магазины пустые. Сидел я сзади его . Он у меня спросил не хочу ли я пострелять я сказал ему пусть выпустит еще четыре магазина, а потом уже я сяду на его место. Я отвернулся и продолжал заряжать магазины Юра крикнул, вижу духов.
Потом я услышал какой-то непонятный звук, когда я обернулся то увидел что Юры невидно , он лежал на сиденье с дыркой от пули в голове. Матвей сидел рядом с ним и держался за голову. В первый момент я растерялся и у меня все онемело. Но потом, опомнившись, закрыли бойницы, и я начал рвать зубами пакеты и перематывать голову Юрику. Кровь очень сильно хлестала с раны и повязку я никак не могли наложить. Рана была рваная большая (пуля вошла, зацепив край бойницы). Юра только хрипел, у него пошла пена со рта. Наш командир ст. лейтенант Халявко вызывал по рации помощь, чтобы могли эвакуировать раненых. Тома сидел рядом со мной он плакал, я тоже не думал что Юрик выживет.
Врач подьехал на бетере через некоторое время, я выскочил, чтобы его пропустить его во внутрь. Он поставил Юрику капельницу. У Матвея серьезного ничего набило ему, немного посекло лицо. Я стоял напротив колеса. Между нельзя било стать, потому что пули ложились в промежутках между колесами и черкали верху по броне. Наше счастье что обстрел велся с одной стороны а то оттуда мы бы не выехали.
Другие БТРы прикрыли наш отход и мы отъехали на безопасное место. Юру вытянули с коробочки и перенесли в машину. Весь бетер был внутри в крови. Вещи повыкидывали и в лужах немного отстирали от крови. Через час Юрик помер. Его положили на носилки и начали ждать бортов. Духи нас начали теснить в долину дальше о крепости. Не успеешь остановиться на месте, а тут уже пули свистят. Надо идти дальше, так мы где-то прошли с километр с носилками. Показались борты. Они немного обстреляли место, где были духи, сели около нас, выгрузили боеприпасы и мы положили Юрика и раненых сарбозов в борт.
К крепости в тот день, из-за сильного огня, мы так и не смогли подойти. Вечером, когда остановились наконец на стоянку, занятии круговую оборону. Наши ящики, что были на БТРе сверху, были все покоцаные пулями. И пришлось искать бачок, чтобы приготовить пищу для себя. Был вечер. В бинокль хорошо просматривались группы духов, которые ходили по долине. Нам дали приказ ночью экономить боеприпасы. Когда немного стемнело пошли ставить сигнальные мины. Опустился сильный туман. В общем все обошлось.
На следующий день не подошли к крепости снова. Духи не подпускали прицельным огнем нас, ближе чем на пол километра к крепости. Только в конце 3-го дня, мы смогли подойти к крепости и доставить туда боеприпасы, воду, продукты. Для отхода у нас было две дороги. По дороге, по которой мы пришли, была сильно заминирована. А вторая дорога, контролировалась духами на сопках. Мы выбрали другую дорогу. Духи были безопаснее, чем мины. Благодаря бортам, мы дошли до точки нормально.

Прощание в отряде. Скляр Юрий Николаевич.

Скляр Юрий Николаевич до службы в ПВ.

В начале апреля 1986 года выехали на операцию в сторону Андхоя.
Несколько подъемов проверил с собакой нет ли мин где. Наш БТР отъехал в сторону, чтобы пропустить колону и прикрывать огнем если с сопок будут обстреливать. По пути до Токолей подорвалась грузовая машина союзников. Мы чудом на ней не подорвались хотя первым проехал наш БТР и две БМП, машину оставили на месте немного освободив дорогу. Когда вся колона прошла и вошла в кишлак Токали на Мусо мы с двумя БМП начали отходить и прикрывать отход колоны. В это время духи по нас открыли интенсивный огонь со стрелкового оружия. С боем начали отходить, прикрывая друг друга огнем. В течение, каких то секунд выпустил 4 магазина патронов. Ушли нормально и за кишлаком остановились на отдых.
По быстрому пообедали и продолжили путь. Подходя до кишлака Атахан – Ханжа по нас с сопок начали постреливать. Наш наводчик начал простреливать местность, и сильно повернул ствол вправо и дал очередь с ПКТ. Пули прошыли броню люка и несколько мелких осколков вошло мне в левую руку в локтевом суставе. К счастью моя рука несильно поднята била а то улетела бы вместе с той очередью Томченко мелкие осколки в лицо попали, тоже удачно в глаза не попали, осколки иголкой доставали. Остановились на ночевку возле кишлака Атахан – Ханжа, поужинали нормально. Как немного стемнело нас начали обстреливать из безоткатних орудий и минометов. Эту ночь никто не сомкнул глаз, какой сон если все вокруг рвется и свистит. На утро наступило затишье, вокруг валялось множество наконечников с вистрелов. Земля вокруг била обгорелая, несколько сарбозовских машин било повреждено.

Справа стоит Исекенов Максут А.

Наш БТР стоял под сопкой, а на сопке стояла БМП. Духи открыли интенсивный огонь со стрелкового оружия. Мы в это время только сели позавтракать. Наверху я услышал крики и увидел что механик –водитель БМП Исекенов Макс упал на землю и что то орет. Я схватил автомат и бросился наверх до Макса чтобы оттянуть его в безопасное место. Нечаянно схватил его за раненую ногу, мы его с нашим старлеем (Кримским ) схватили под мишки и потянули вниз. Я побежал за санинструктором через открытое место. К счастью кость не задело у Макса, только мышцы порвало ниже колена.
К обеду мы питались пройти кишлак, что был у нас на пути, но встретили сильный встречный огонь и не смогли подойти ближе чем на 500 метров. Одного духа застрелил из КПВТ. который боеприпасы подымал на ишаке в гору . К нему подбежали духи на помощь, а у нас как назло заклинило КПВТ, а с ПКТ мы не доставали до них. Ми отошли назад и заняли круговую оборону и начали бить по огневым точкам духов. В бинокль хорошо было видно как духи группами ходят и подтягивают боеприпасы. И зло разбирало оттого что нечем их было достать, потому что у нас было только две пушки и около 8 минометов. И все они работали в разных направлениях потому что духи лупили по нас с разных мест вокруг нас. На одном месте долго оставаться нельзя било, пристреливали и надо било постоянно перемещаться. На третий день окружения у нас кончались боеприпасы.
За эти три дня мы потеряли 1 человека и 5 человек било ранено. Душманская мина попала прямо в расчет минометчиков. Ваня Негрея был моего призыва, вместе с нами должен был уйти на дембель. Остальным ребятам тоже досталось, в некоторых очень тяжелые ранения.
Еще одна мина попала прямо в БТР-732 к счастью никто не пострадал, все находились снаружи. У сарбозов было около 40 человек в общей сложности убитых раненых и контуженых. Когда борты прилетели и пытались сесть в нашем расположении то духи открывали огонь со всех видов оружия . Нельзя было высунутся с под БТРа, пули от ДШК вокруг ложились, с гранатометов лупили в наглую.
На третий день вертолеты начали бомбить все в округе. Благодаря массивному бомбовому удару басмачи отступили, кишлак по ходу нашего движения тоже разбомбили. Все равно как проезжали кишлак то из безоткаток по последним БМП лупили. По дороге дальше сарбозы сняли 4 мины. Ночевали в Даулидабаде. Я лично очень благодарен командиру опергруппы Фахарисламову, да и все пацаны тоже за то умение руководить в той критической обстановке. Благодаря его хладнокровию
спас много жизней тогда. Тогда мы прикрывали чайку но как боевая единица нужны были на поле боя. И постоянно первыми пытались подойти к кишлаку, а потом еле ноги уносили. Такой плотности разрывов я в своей службе не встречал. Снаряды от безоткатки ложились довольно прицельно, взрыв спереди, взрыв сзади. Меняем позицию, взрыв в том месте где стояли и по новой ловим момент. другие источники


Пробоина в БТРе №732 от душманской мины.

На третий день мы наконец то вырвались из духовской засады. Вечером наконец подошли до Даулидабада , ночь прошла спокойно хоть немного отдохнули. На утро двинулись в Шыберган, в город въезжали где то в обед. Впервые я проехал по асфальтовой дороге, очень крепкий асфальт. БМП проезжает и ничего не остается на дороге. В городе увидели молодых девушек которые учатся в лицее. В общем впечатлений было много. Возле Шиберганской монгрупы мы остановились. Все монгрупы которые были в округе уже съехались и нас ждали пока мы наконец то вырвемся из окружения. Пацаны знали что нас сильно потрепало, встретили в общем хорошо. Возле ММГ находились дома советских строителей и газовиков. Встретил пацанов с учебки с других монгруп. Узнал что некоторые погибли и тяжело раненые есть. Один сошел с ума, и это неудивительно в той жизни. (Как жаль что это была только одна встреча. Комментарий через 22 года в 2008 году) На следующий день нас сводили в баню в монгрупу, это была последняя баня после которой мы где то около месяца не мылись. Встретил нашего бывшего зам по бою. Хороший мужик не забыл меня хотя я и был молодым когда он был у нас на точке.


Прошли Токоли-Мусо и впереди нас ждала Атахан-Ходжа.

В эту ночь это где то 14 апреля 1986г. Мы выехали в сторону Андхоя, в 6 утра мы били возле Андхоя. Мы должны были прикрывать кишлак со стороны Даулидабада.Наше командование немного сглупило, так что мы потеряли где то полтора часа пока выехали на свои позиции. ДШ нас уже ждало, оно высадилось немного раньше. Наши БМП начали их прикрывать и подводить до кишлака Карамколь что на востоке Андхоя. Наш десант должен был отрезать отход духов через этот кишлак, и у них была задача перекрыть его. При подходе наши штатники встретили сильный огонь как я писал наши БМП своей броней прикрыли подход хлопцев к кишлаку .
Жертвы все равно были, один пацан погиб и одного тяжело ранило, их отправили на бортах в Союз. Молодцы ребята с ДШ что резко перекрыли кишлак и духам некуда было убегать. До этой операции я дважды участвовал в блокировании этого кишлака и духи все время уходили, потому что мы не могли его перекрыть.
Этот первый день мы постоянно вели огонь по кишлаку, а наши борты его постоянно бомбили. Ночью духи предприняли яростные попытки прорвать кольцо в котором они оказались. Особенно в Карамколе где они раньше постоянно уходили. Но на этот раз нарвались на сильный встречный огонь, да и неплохо были все арыки заминированы. Наши минометчики постоянно бросали осветительные мины, ни на одну минуту не темнело. А борты даже ночью бомбили и скидывали осветилки. Бомбили три дня и ночи плюс пушки, минометы потом и грады подключились. На следующую ночь духи выпустили воду с Андхоя и в округе все залило водой, и предприняли попытку прорваться. Прорваться удалось, где то 6 духам с нашего кольца. Наш БТР стоял где то на расстоянии 500 метров от другого, так что ночью пришлось постоянно обстреливать кишлак и впереди и сзади вести обстрел местности. Пока не подошли армейцы с градами и начали по вечерам обстреливать Андхой. На блоке мы стояли дней 15, а может и больше, хорошо, что мы взяли с собой продуктов с запасом и потому нам не пришлось голодать. Патроны нам подвозили каждый день, каждую ночь выстреливали по цинку патронов 5.45 мм. Днем от скуки начали стрелять по птицам и черепахам, их в округе водилось великое множество. На трети сутки подошли сарбозы до нашей южной стороны, где мы стояли на блоке. И они начали обстреливать Андхой с минометов калибра 82мм. К обеду у сарбозов взорвался один миномет, и нам пришлось отвозить на своем БТРе их убитых и раненых к вертолетной площадке, это где то километров 6-7 будет. Там находилось КП всей операции, это возле крепости в которой стояла Андхойская монгрупа.
Наш БТР приехал, и через некоторое время снова прибежали союзники и сказали что у них второй миномет взорвался. В этот раз мне пришлось оказывать помощь. Убитого положили на жалюзи БТРа, а двух раненых положили в десант нашей машины. Описать это конечно нельзя как они орали когда мы их затаскивали в люк.
Повезли мы их на КП, когда подъезжали то лопасти вертолетов уже крутились, в эти борти мы должны были погрузить убитого и раненых. К нам подбежали врачи с вертолета и начали вытаскивать раненых с нижнего десантного люка. Орать они уже не могли, только тихо стонали. Когда я подавал одного раненого, взял его под спину моя рука увязла в его теле, там ничего живого не было. Его ранило в спину. Второго ранило в живот, рана еще тяжелее была, в лучшем случае они останутся калеками. Убитого они бросили как бревно лишь бы быстрее погрузить. Меня поразила дикость их медиков с какой они бросали раненых в вертолет. Они еле дышали, а их как дрова бросали. Если бы с нашими ребятами так обращались, то пригвоздил очередью... Потом травой вытерли десант, крови очень много было. Дней 10 вонь стояла в БТРе, благо что на улице тепло было и можно было на улице спать.

25 апреля мы снялись с блока. Трофеи были большие после этой операции, около 1000 (?) духов захватили в плен и столько же погибло. Много гранатометов, миномет и ДШК захватили.


С этим экипажем я участвовал во всех операциях 1986 года, до моего дембеля. Слева направо Томченко Павел: (Тома) сапер, Дуенков Володя: механик-водитель нашего 734 БТРа, Бойко: сапер, Ющенко Владимир: наводчик, Цехмейстер Николай: инструктор мино-розыскной службы собак.


Мино-розыскная собака "Альфа". Андхой, апрель 1986 год. Погибла после обстрела ММГ РСами. Уже после моего дембеля.


Возвращение из Андхоя в Меймене.
Дальше мы поехали в Даулидабад, мы его проскочили и приехали на окраину зеленки в Файзобад, где находилась наша точка. Ночевали в Файзобаде. Почти половину зеленки контролировал главарь Расул со своей бандой, его банда перешла на сторону народной власти. На утро наша колона поехала дальше в глубь зеленки. Здесь нас ждала правительственная колона и должны были провести ее через зеленку до Меймене. На наши БТРы сели люди Расула для прикрытия. По обе стороны дороги валялись груды железа, корпуса обгоревших БТР, машин и другой техники. По обе стороны наши союзники сделали коридор, но все равно останавливаться нельзя было, потому что сразу духи шлепали прицельно. Это кошмар, пальба не прекращается ни на секунду, со всех видов вооружения палили лишь бы проскочить побыстрей. Если какая то машина глохла, то ее сразу толкали. В общем с боем проскочили зеленку. Пошла колона обратно, которая разгрузилась в Меймене раньше, конешно я им не завидовал. Сопки прошли хорошо, борты прикрывали, так что духи не высовывались, и со спокойной душой вьехали в город. В монгрупе нас хорошо встретили, попарились в бане.

27 апреля 1986 года город обстреляли с безоткаток, ракетами и минометами.
У меня уже появилось ощущение, что скоро покинем точку и полетим домой.

5 мая выехали на операцию в долину Альмар.


Поехали окружным путем, где меньше перевалов, и духов обмануть. До долины доехали за один день, расположились на ночевку на въезде в долину. Наш БТР остановился возле развалин. Возле нас находился глубокий колодец, мы туда гранату бросили для безопасности, до часу ночи с Валерой Данченко служили. Где то в это время наш лагерь был обстрелян с минометов и со стрелкового оружия. Я передернул автомат но стрелять не стал так как огонь со стороны противника начал утихать. Отсоединил магазин и выпустил один трассер в сторону крепости. И это была единственная операция на которой я выпустил только один патрон. На утро начали выдвигаться к крепости, подошли без единого выстрела к крепости. До обеда все завезли в крепость союзники и самое основное это воду. Потом снялись и к вечеру были около кишлака, остановились на ночевку. 9 мая мы должны были ехать дальше, но нам не разрешили выдвигаться на точку и мы остались на месте. С утра нам союзники подарили баранов
и их разделили по машинам. Мы это мясо пережарили, вкусно получилось. Хлопцы все никак не верили что моя собака может искать мины и подходили то один то другой и говорили чтобы моя собака нашла гранаты, которые они закапывали "Альфа" искала четко. Потом пошли купаться с "Альфой" в арыке. После обеда решили сделать соревнование с сарбозами по борьбе и перетягиванию ремнями. Я со своей собакой показывал общую дрессировку и специальную по поиску мин. Наши солдаты во всех видах выиграли, собака тоже четко работала, обнаружила все тротиловые шашки. Праздник прошел хорошо, мы разные армии как одно целое. Таких праздников за всю службу я не видел.
Обратно дошли нормально, все перевалы прошли пешком мы саперы. Вертолеты все время кружились над нами и потому из сопок нас не беспокоили душманы. К обеду уже были на точке. Хлопцы встретили отлично , после каждой операции оставшиеся пацаны встречали нас так как будто не виделись два года. С каждым обнимаемся, у молодых воинов я часто замечал когда возвращался с операции какоето уважение к старослужащим которые часто были на операциях. На службу я ходил и в душе уже было какое то непонятное чувство, чувство разлуки. Все последние дни я только и думал о прошедших днях.
После этой операции мне вручили пограничника 1 степени второй раз.

В 18 числах мая выехали на операцию в южную зону Меймене для прочески.
К зеленке подошли нормально без стрельбы, только на сопке БМПсты немного получили от душманов. Потихоньку продвигались вперед, сначала наши БМП обрабатывали местность а потом уже наш БТР входил первым и занимал позицию. Сзади нас выставляли посты союзники, и потому пришлось хорошенько пострелять по дувалам чтобы душманы давали работать сарбозам. Один раз пульнули из безоткатки, сзади нас взорвалась болванка. Привыкнуть нельзя когда она рядом летит. И немного со стрелкового оружия обстреляли. Наши БМП стали рядом с нашей коробочкой на блоке, и потому веселей жилось нам, ходили в гости друг к другу. 25 мая вечером пришли переводчики с чайки и передали чтобы мы приготовились сниматься утром. Я и Данченко В. потому что 26 мая нас должны уволить. Я конечно не поверил, на радостях раздал все сигареты которые мне дали союзники взамен охотничьим. Посидел я своими хлопцами с заставы, помечтали о будущем, вообще о жизни о доме. Чувства дома у меня не было так что мне было легче чем другим хлопцам, меня только вообще тянуло на Родину. Ночью мы сделали фееверк, постреляли из пушки БМП из ПК и из своего любимого автомата, кидали дымовухи и стреляли из ракетниц. И еще вокруг нашего места росло много шелковицы или по афгански (туто). Компот с него отличный получился. Вечером союзники угостили наш экипаж пловом, нам конечно только учиться как они его делают.
Утром мы начали собираться в дорогу я и друг "Даня" с инженерного взвода. Я пошел до наших ребят на БМП и мы очень тепло попрощались. Попрощался я и с начальником заставы капитаном Воробьевым. Попрощались со всем командованием подполковником Филиповым и нач. штаба. Наш БТР один ехал назад и Филипов дал приказ проскочить до точки, в случай чего открывать огонь со всех видов оружия. До точки доехали хорошо без приключений. Там я отвел свою собаку "Альфу" на питомник, накормил ее и попрощался с нею. Собака как будто чувствовала что я больше не вернусь, начала скулить она. Потом я пошел до своей землянки. Там меня уже ждали пацаны наши. Потом мы помылись под душем, плюхнулись в бассейн и пошли собираться в дорогу. Я отложил фотографии и собрал необходимые вещи. Потом нас вызвали до штаба и проверили наши вещи. Оставшийся гарнизон который не был на операции построился на плацу для прощания с увольняемыми. Вскоре мы дембеля построились перед гарнизоном, нас было 30 человек увольняемых, снимали на дембель сразу всех весеников. Вышел начальник опергруппы майор Фахарисламов и советники с города, вручили погранцов у кого не было и тепло попрощались с нами, поблагодарили за службу, за честно выполненный долг. В это время уже садились борты на взлетке. Мы начали прощаться с боевыми товарищами, с каждым обменялись рукопожатием и последний раз пожелали друг другу всего самого хорошего. На улице АЗСка играла прощальный вальс и мы пошли к бортам на взлетку. Парадки и дипломаты несли в руках. Сели в борты и полетели, последний раз помахали пацанам. У многих ребят на глазах появились слезы. Летели над теми дорогами по которых я полтора года водил колоны и столько там было пережито и увидено. Летели над Файзобадом, Даулидабадом, Андхоем. Когда пересекли границу, это только надо было видеть какие ребята были рады.


Моя служебная характеристика.

Источник: http://www.afgan.ru/44/text/p1.html
Категория: Воспоминания | Добавил: MMG-1 (30.10.2017)
Просмотров: 86
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]

Copyright © ПВ Афган 08.07.2006-2017
При использовании материалов сайта ссылка на http://pv-afghan.ucoz.ru/ обязательна! Хостинг от uCoz