Приветствую Вас, Гость! | Главная | Каталог статей | Регистрация | Вход

» Cтатьи

Категории каталога
Cтатьи [210]Газеты [87]Журналы [27]Воспоминания [54]
Рассказы [15]Стихи [346]Книги [36]Сборники [7]

Под чужим небом
Там, где довелось служить Максиму Птицыну, всегда сияет голубое небо. Лишь изредка набежит облачко и тут же растает, словно стыдясь своего проступка. Летом 1985 года здесь зарегистрировали +72 градуса - рекордную отметку, до которой поднимался столбик термометра.


      И только в марте-апреле горы, лощины между ними окутываются зыбким маревом тумана. В четырех-пяти шагах человек как бы растворяется, пропадает. Моросят дожди.


      В такую пору в одиночку никто не рискует передвигаться, потому что и впрямь люди исчезали, а потом находили их истерзанные тела неподалеку на скалах. То работа "духов".


      Бывало страшно. И не раз. Особенно, когда впервые идешь в поиск или следуешь в колонне.


      Рассказывает Максим:


      - Как следует колонна? Впереди идут саперы с собаками, обезвреживая мины. Затем двигается бронетранспортер или боевая машина пехоты, за ними - различные автомобили, а замыкает шествие снова БТР. И все - строго след в след. Не дай Бог, свернешь в сторону - взлетишь на воздух.


      Сидишь ты на броне БТРа или в кабине автомобиля и невольно сжимаешь автомат. Потому как он - твоя единственная защита от "духов", которые могут открыть огонь в любой момент. По первости за любым камнем чудилась угроза, казалось, что притаился враг.


      Конечно, со временем Максим пообтерся, к нему пришел опыт, даже скалы стали ближе, роднее, что ли. Наверное, к местности присмотрелся. База первой мотоманевренной группы, в которой он служил, располагалась в небольшой лощине близ кишлака Мормоль. На вершинах окрестных гор были организованы "точки" с постами боевого охранения.


      В первый же раз, когда довелось стоять на посту, наш земляк попал под обстрел. Он уже сменился и собирался идти на базу, когда вдалеке в горах заметил яркие вспышки. Находившийся рядом старослужащий закричал:


      - Стреляй очередью! Живей! Не дождавшись от Максима никаких действий, он выхватил автомат и нажал на спуск. Загремела длинная очередь (она служила, оказывается, сигналом к бою). Вскоре рядом с точкой стали падать реактивные снаряды. Грохот, дым, свист осколков ...


      В тот раз все обошлось. Засекли то место, откуда прилетели "гостинцы", сообщили командованию. Чуть позже поднялись вертолеты и пробомбили скалы. Попали ли "духи" под бомбы - кто его знает. Скорее всего ушли. Горы для них были родным домом. Да и они никогда на одном месте не задерживались.


      - Этот случай стал для меня своеобразным боевым крещением, - вспоминает Максим. Помню и первый поиск, в котором довелось участвовать.


      Поиск проходил в районе кишлака Гандоки. Жители его покинули, остались только их неказистые жилища. Да еще родник. Именно он и привлекал "духов", которые приходили сюда из своих горных убежищ.


      Максима назначили первым номером АГС (автоматического гранатомета). Весом он около 24 килограммов, плюс лента с патронами 16, автомат, боекомплект к нему, четыре гранаты, теплые вещи (в горах ночью довольно прохладно) - всего около 60 килограммов на себе нес солдат. Да за 8-10 километров. И топали не по ровной дорожке ...


      Шли ночью. С таким расчетом, чтобы к рассвету добраться до места. Дошли за два часа без привалов. Почти уже ничего не соображали, каждого хоть голыми руками бери. Новичков, конечно. Старослужащие, естественно, уже втянулись, нормально себя чувствовали.


      Разбились на группы: одна осталась в кишлаке, другие поднялись на близлежащие высоты. На той, где был Максим с товарищами, остались старые полузасыпанные окопы. Обычно их зарывают, так как это - излюбленное место "духов" для установки мин. Свежие копать поленились - устали, но ничего, обошлось.


      Наступил рассвет, все отдыхали. Вдруг загремели в кишлаке выстрелы. Это двое "духов" приехали на ишаках за водой. По ним и стреляли, "духи", не дойдя до родника, оставили животных и бросились в спасительные горы. Да так быстро, словно стометровку сдавали. И ведь скрылись.


      - День прошел спокойно, - вспоминает Максим, - мы расслабились. С наступлением сумерек вновь засвистели пули, загремели автоматные очереди. Вот тут-то и пригодились окопчики. Только я втиснулся в один из них, как пули веером прошли надо мной, а несколько воткнулись в бруствер.


      Это подошли "духи" и ударили по позициям. И довольно прицельно, без окопчика Максиму бы точно пришел каюк. Мы открыли ответный огонь. В горах темнеет быстро, а потому яростная перестрелка длилась минут десять - пятнадцать. И вновь все стихло. С нашей стороны потерь, к счастью, не оказалось. А среди "духов" - один аллах знает. Стреляли-то мы бесприцельно, по тем местам, откуда раздавались автоматные очереди. Да и не проверяли: по темноте обратно на базу надо было вернуться.


      Вот в таких боевых буднях и протекала служба нашего земляка.


      Можно ли было отказаться от Афгана? Наверное. Когда Максим окончил "учебку", с ним и его товарищами беседовали. Достаточно было сказать "нет", и остался бы в России.


      - Нас обучалось человек четыреста, - говорит Максим, - и с каждым разговор состоялся. Я особого желания не испытывал ехать в чужую страну, зная со слов деда, кадрового офицера, что там нас ожидает. Только стыдно было показаться трусом перед товарищами. Да и если честно сказать, то все-таки хотелось испытать, на что годен.


      Потом еще раз беседовали с теми, кто согласился служить в Афгане. Уже в Термезе, непосредственно перед отправкой. А тут уж на попятную идти и вовсе несподручно. Во всяком случае, для Максима. Потому как он хорошо помнил слова матери, родных на прощальном домашнем вечере:


      - Ну, сынок, служи на совесть. Не позорь семью нашу.


      За время службы он трижды попадал в госпиталь. Первый раз - с желтухой. Редко кто из солдат не перенес эту болезнь в Афгане. Кстати, после выписки тоже можно было отказаться ехать на войну.


      - Подлецом себя последним считал бы, не вернувшись в свою часть. Как можно товарищей оставить, с которыми вместе ходили под пулями? - рассуждает Максим.


      - Вот и вернулся снова на родную базу. И продолжал служить.


      Его служба в Афгане незадолго до дембеля чуть не окончилась трагически. Однажды, как много раз это было, он ехал на ГАЗ-66 в составе обычной колонны. Водитель попался молодой, еще необстрелянный. Он то и дело выскакивал из колеи, за что получал сердитые замечания сержанта Птицына.


      Уже подъезжая к точке, водитель вновь выскочил из колеи. И тут прогремел взрыв. Что-то толкнуло Максима снизу, и он, теряя сознание, понял, что гузовик наскочил на мину.


      Еле вытащили Максима из кабины исковерканной машины. Снова госпиталь. И вновь ему представился выбор: вернуться в Афган или остаться в России. И вновь солдат остался верен своим боевым друзьям. Так до конца службы и пробыл за рубежом, демобилизовавшись в декабре 1987-го.


Иван Суворин, г. Катайск

Категория: Cтатьи | Добавил: Афган (27.03.2010)
Просмотров: 769
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]

Copyright © ПВ Афган 08.07.2006-2020
При использовании материалов сайта ссылка на http://pv-afghan.ucoz.ru/ обязательна! Хостинг от uCoz