[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
  • Страница 1 из 1
  • 1
Модератор форума: Tura, Groz  
Форум » КСАПО 81-ый Термезский погранотряд, в/ч 2099 » ММГ-2 Ташкурган » "НЕ БУДЕТ ОН НАПРАСНЫМ..." (О событиях 1929 года.)
"НЕ БУДЕТ ОН НАПРАСНЫМ..."
baktria Дата: Пятница, 24.07.2009, 20:21 | Сообщение # 1
Майор ПВ-Афган

Военный билет

Группа: Опытный боец
Сообщений: 122
"НЕ БУДЕТ ОН НАПРАСНЫМ..."

Михаилу Скачкову с благодарностью от автора.



Скачать
"Песня красноармейца" из кинофильма "Кортик", 1973. слова Булата Окуджавы, музыка Станислава Пожлакова, исполняет автор, запись 1972 года.
© Б. Ш. Окуджава
© С. И. Пожлаков

[spoiler]

ВМЕСТО ПРЕДИСЛОВИЯ

Автору показалось правильным придать этой теме форму незавершённого эссе, открытого для добавления материала и соавторства тех, кто сочтёт возможным поучаствовать в его написании. Такой приём, невозможный в полиграфическом воспроизведении, счастливо даруется возможностями Интернета, в бушующем море которого последние годы стало появляться всё больше отдельных упоминаний о грозный событиях, которым посвящена эта тема – боях красной кавалерии в Северном Афганистане весной 1929 года, предыстории этих событий и их последствиях.

Мазар-и Шариф, Балх, Ташкурган, Меймене, Патта-Гиссар и Дейдади… эти названия, хорошо знакомые пользователям нашего сайта не по книгам и статьям, стали тогда ареной ожесточённых и кровопролитных боёв, о которых потом на многие десятилетия было приказано молчать, а ещё лучше - забыть.

Автор темы ставит себе целью, возможно несбыточной, не только со временем написать сколько-нибудь слитное повествование об этих событиях, но и дать возможность тем, кого заинтересует перспектива участия в работе над ней, добавлять к тексту свои соображения или материалы, которые они сочтут нужным вписать в общий контекст. Мы все были бы только благодарны за такое участие.

Я с благодарностью и душевным волнением посвящаю начинаемую тему М. Скачкову, протянувшему мне руку дружбы и приведшему меня на страницы нашего сайта.
К.А.

Часть I

Весной 1928 года в Ленинграде, в одной из спален «бывшего Зимнего дворца», как тогда именовалась резиденция свергнутых российский монархов, по утрам пробуждался ото сна крепко сбитый, коренастый мужчина с болезненно одутловатым лицом, украшенным щёткой коротко остриженных чёрных усов. В дверях роскошно убранных и специально обустроенных для этого мужчины комнат, где некогда жил и умер Александр II, стояли одетые в ливреи смотрители Музея Революции, размещённого Луначарским и Зиновьевым в бесконечных анфиладах сотен и сотен комнат и залов. Исполнять свои молчаливые обязанности старикам-смотрителям было вполне привычно, благо всего десять лет тому почти все они служили в бывшем Зимнем дворце лакеями.

Пока адъютант делал привычный утренний доклад, пухлые и холёные пальцы мужчины скользили по вырезанным брильянтами перстней надписям, оставленным прежними обитателями комнат на стёклах окон, выходивших в сторону Адмиралтейства. По каким-то датам, то ли рождений, то ли смертей, коротеньким английским, немецким и французским фразам... Мужчина владел этими языками и мог разобрать смысл подобной переклички во мраке, на ощупь разбирая эти отголоски заглохшей эпохи2.

После чашки утреннего кофе с женой и адъютантом, он спускался по лестнице Салтыковского подъезда, по узкой, круто поворачивающей свои марши лестнице, по которой 46 лет назад поднимали обезображенное взрывом метательного снаряда Гринивицкого тело Освободителя крестьян. Ковровая дорожка этой лестницы тогда настолько пропиталась кровью умирающего хозяина дворца, что её, отяжелевшую и почерневшую, сняли и сожгли и впредь уже не покрывали её ступени другим ковром - в память первого мартовского дня 1881 года, когда в головах агонизирующего деда стоял, вцепившись в руку отца, 12-летний подросток Ники.

Теперь в этой спальне просыпался он, и каждое утро около 11 часов утра повторялся неизменный ритуал - он спускался по Салтыковской лестнице, садился в ждущую его карету, один, иногда с женой, иногда с адъютантом или кем-нибудь из министров и отправлялся в обязательный утренний моцион.

Поскрипывая рессорами и успевшими за много десятилетий рассохнуться деревянными ободами колёс, запряжённая цугом белыми лошадьми карета неуклюже разворачивалась направо от гранитного перста Александринского столпа - в сторону Адмиралтейского проспекта и медленно катилась под цокот копыт конного эскорта.

Как водится в таких случаях, карету окружала и сопровождала плотная многолюдная толпа, наиболее любопытствующие, чаще мальчишки, несмотря на корректное противодействие милицеских, успевали хотя бы на несколько секунд протиснуться к дверцам кареты и тогда за скрытым стеклом, одутловатом лице мужчины появлялось что-то вроде улыбки, он приподнимал кисть руки и делал движения, словно пытался размять пальцы. По торцевой мостовой катилось, поскрипывая и поблескивая позолотой, что-то неуловимо памятное большинству тогдашнего населения Ленинграда - катилось то ли в прошлое, то ли в будущее...

Ленинград жил остатками НЭПа, его уже свернули последние сапожные и портняжные мастерские преобразовывались в артели, в магазинах стремительно исчезало продовольствие, хотя витрины ещё украшала гипсовая аппетитно раскрашенная бутафория и жизнь становилась всё трудней. Уже недолго оставалось до введения карточек и возвращение на тротуары длинных очередей. Большая часть улиц ещё не была закатана асфальтом и грохот колёс и копыт по булыжным мостовым, скрип рессорной тряски и понукания извозчиков, пьянство в среде которых стало темой очередной дискуссии, развернувшийся в газетах за несколько недель до приезда высокого гостя, сливались со звонками и тягучим тяжёлым гудением ещё деревянных трамваев.

Нам пора познакомиться поближе с этим гостем майского Ленинграда 1928 года: невысокий тридцатишестилетний мужчина, одетый в серую шинель и в шапке военного образца, напоминающей французский картуз с козырьком, титуловался Его Королевским Величеством падишахом Афганистана Амир ал-Муменин Амануллой ханом. Тем более, что он так кстати после почти годового турне по странам Европы нашёл время заглянуть и в Советскую России

Аманулла стал по существу неограниченным хозяином своей страны после того, как 20 февраля 1919 года неизвестный убийца, пробравшись в шатёр его отца, эмира ,отдыхавшего в Лагманской ставке, выстрелил спящему королю в голову. Аманулле было тогда неполных 27 лет, и он с молодой энергией принялся за то, о чём уже тайно мечтал не один год, что вызывало временами его ожесточённые схватки с отцом и нелюбимым дядей Насруллой – достижение признания независимости своего государства и реформами почти всех сфер жизни страны. Тем, что один из его английских биографов назвал «выведением Афганистана к свету жизни», а мы бы назвали популярным теперь словечком модернизация.

Неделю спустя он провозгласил независимость Афганистана и этот первый же его шаг вызвал войну, последнюю британскую войну с Кабулом, названную потом Третьей англо-афганской, скоротечную и неудачную для английского льва. Нуждавшийся в поддержке соседей, Аманулла сразу же завязал тесные контакты с Тегераном, а 7 апреля объявил о признании республики советов. Признание Советской России и предложение установить с ней дружеские отношения ускорили развязку: 3 мая начались бои на границе с Индией, сначала спорадические перестрелки, затем выдвижение войсковых колонн, 6 мая Лондон объявил Афганистану войну и несколькими днями позднее, англичане, взяв Хайберский проход и заняв крепость Тал, попали в ней в осаду. Меньше чем через месяц, вынуждаемые неуспехом в наступлении и восстаниями в тылу, рыжие бритты запросили перемирия, а 8 августа подписали Ревалпиндский договор, по которому Афганистан признавался суверенным государством. Руки у Ленина были развязаны и в течение ещё двух-трёх месяцев Москва и Кабул обменялись посольскими миссиями. Для обоих государств это было, начало дипломатического признания.

Не всё складывалось гладко в отношениях двух государств и в следующей главе мы подробнее поговорим об этом, но приезд в Кабул первого советского представительства стал, несомненно, взаимной дипломатической победой.

В несколько лет эмир провёл таможенную и земельную реформы, уничтожил систему откупов, так обогативших в своё время его ненасытного до чужого добра деда – эмира Абдур-Рахмана и ввёл твердые ставки на импорт и экспорт, земля по написанному тестем эмира Махмудом Тарзи закону превратилась в частную собственность. Отменены подати, заменённые единым налогом в 25 процентов от дохода.

Афганские юноши впервые в истории были направлены получать образование в Турцию и страны Европы. Выпускников полувоенного колледжа «Хабибия»3 командировали в Париж для изучения разных наук и ремёсел за счет правительства Франции, а в Кабуле открылась первая школа для девочек с гимназическим курсом. В 1922 Аманулла разрешил создание в столице ещё одного училища - «Истеклаль», преподавание в котором велось французами на их родном языке.

К 1922 году правитель Афганистана отважился реформировать и законодательство о браке, отменив многожёнство и калым, ввёл в действие указ, по существу явившийся прообразом Конституции - «Основной закон управления Афганистана», а осенью одарил подданных уголовным кодексом, заменяющим привычный суд шариата.

Между Кабулом и Гардезом в пять лет было построено первое в стране шоссе и по нему засновали туда-сюда грузовики и автобусы.

По мере возвращения из-за границы «птенцов Амануллахова гнезда», в Кабуле была создана горно-инженерная школа и в головах эмира и его ближайшего окружения родилась идея создать на севере страны промышленный район.

При нём между Кабулом и Дар-ул Аманом построили железнодорожную ветку4 и привезли в страну паровозы и вагоны. Да, рельсы всего лишь соединяли между собой два его дворца, но это были первые рельсы, которые были проложены не для того, чтобы перевозить из Индии английских солдат.

В своих преобразованиях он шёл непрямым путём, пытался лавировать между интересами кланов, учитывать пробританские симпатии многих сановных стариков, но временами его охватывал липкий, изнуряющий страх перед революцией, которая представлялась ему грубовато и всегда одинаково - толпа, поднимающая пыль бежит по узким улочкам глинобитного города, она неумолимо приближается, сметая всё на своём пути, толпа, растаптывающая всех, и правых и виноватых и врагов и друзей; и тогда он целыми абзацами вычёркивал из проектов Указов нормы, кажущиеся ему слишком смелыми.

Но, ведь, как писал в те годы в Москву Троцкому советский полпред Фёдор Раскольников, бывший балтийский моряк: "афганский эмир - не партийный товарищ", могли же у него быть маленькие недостатки и немалый страх? И потом, единственный по настоящему заинтересованный в афганских реформах сосед - СССР вёл себя по отношению к Аманулле тоже весьма непоследовательно. Посол Раскольников жаловался в письмах: "Наркоминдел никак не может установить одной определенной и верной линии. Сегодня он проводит через Политбюро одно решение, а завтра другое, исключающее первое. То уполномочивают меня обещать Афганистану золотые горы, то приказывают показать ему общеизвестную комбинацию из трех пальцев, конечно, в своей среде мы привыкли к таким перерешениям, часто обязанным колебаниям какого-нибудь неустойчивого члена Цека, но эмир этого не поймет и сделает выводы, навсегда исключающие нашу дружбу ".


Сотрудники советского посольства в Афганистане. В центре: Л.М. Рейснер, полпред Я.З. Суриц
и сменивший его Ф.Ф. Раскольников. Kабул, 1922 г. РГАKФД. № 4-84295

Из Москвы и Ташкента приезжали дипкурьеры, "славные нечёсанные парни" и пугали посла двухзначными цифрами оставшихся на его горькую кабульскую долю, месяцев... Феодально-пастуший быт, жара в Кабуле, который жена Лариса именовала печкой, циничное вероломство двора и обычная для Востока уклончивость, выводили Фед-Феда из себя и в письмах, не лишённый литературных дарований Раскольников, писал всё больше горькие жалобы на прозу не героической жизни. За спиной ещё не успели отгрохотать раскаты гражданской грозы, когда целые эскадры уходили на дно, а теперь ему приходилось рубить рукой, из которой вырвали шашку, эту вязкую, изнуряющую, неподвижную, всё убивающую и лишающую сил к сопротивлению жару Востока.

Фед-Фед, как именовали посла в его ближнем кругу в глаза и за глаза, беспокоился не напрасно: у него установились с падишахом ровные отношения, и Раскольников считал его "крупным и решительным человеком, как в политике, так и в преступлениях". Аманулла, как утверждал Раскольников, не только сам вёл все дела во внешней политике, но и сам же организовал убийство своего любимого "папаши" Хабибуллы и собственноручно выколол глаза обожаемому дяде Насрулле. Какие глупости повторяют и посылают по начальству иногда послы, особенно наделённые воображением6! Впрочем, пылким воображением отличались тогда не только послы, но и красные кавалеристы, в чём читатель убедится со временем. Фед-Фед спешил, его манили дали, его звали призвание и революционный долг: "А, в общем, страна дикая, некультурная и, несмотря на соседство клокочущей в предвестии революции Индии, меня, как бродягу, уже тянет в другое место. Крепко целую Вас, дорогой Лев Давыдович. С коммунистическим приветом"7. Бродяга, судьбу проклиная... мировая революция... когда придёт желанный час, и встанут спящие народы... Вслед за письмами полпреда в Москву дипкурьерской почтой отправлялись письма жены – Ларисы Мих. Рейснер…

Торопливо дописывала строчки, предназначенные всё тому же "дорогому Льву Давыдовичу": «Вчера видела фильму из России - один из парадов Красной Армии - Вас, эту знакомую площадь - все. Началось настоящее Heimwee* - и гордость засмеялась где-то внутри, встряхивая кудрями - от этих полков в шышаках, от знамен, от того, что это свои…»

* - тоска по родному дому (нем).

На рабочем столе посольши на трюмо стоял, окаймлённый металлической рамкой фотографический снимок с портрета, сделанного с неё незадолго до революции её другом художником Васей Шухаевым, тот даром, что крестьянский сын, писал её в добротной манере эпохи Леонардо, работая с восковыми красками и покрывал золотом пламенеющее небо за её спиной, оттеняя чернь волос закатом кватроченто. Всякий раз, когда глаза находили снимок, ей вспоминался сухой полупоклон Гумилёва, с едва уловимым ядом иронии: "читающая Лукреция" и уточнением, которое он как бы, между прочим, бросил, словно бы не смотря на прообраз: "Красива, но бездарна". Незадолго до своего рокового часа она ещё напишет о нём, теперь уже не помню - в письме ли, в черновике ли незаконченной рукописи: «Никого не любила я с такой болью, с таким желанием за него умереть, как его, поэта Гафиза, урода и мерзавца».

Жара немного ослаблялась ветром с юга и ветер Индии полоскал над глиняными крышами Кабула, разворачивал к северу красное полотнище – осязаемое присутствие Родины.

НЕБОЛЬШОЕ ДОПОЛНЕНИЕ

Пока эмир Аманулла принимает в Ленинграде парады, осматривает кронштадтские доки и разъезжает во взятой на прокат карете, пятеро молодых людей, ещё совсем юношей, вливают свой труд в дело построения социализма в СССР. Кратко упомянем о них как бы в приложении к нашему рассказу, так как их участие в описываемых событиях никак не просматривается, но всё в мире относительно, а жизнь не стоит на месте.

В этом году двадцатидвухлетний Леонид Брежнев женился на своей Виктории Петровне, в прошлом 1927 он окончил Курский Землемерный техникум и работал землеустроителем 3-го разряда на Урале, куда переехал в марте месяце, в партию он вступит только через три года.

Андрею Громыко нет в эти дни и 19-ти лет. Сын крестьянина и дочери священника он учится в техникуме в Гомеле. Через 11 лет он уже будет заведующим Отделом американских стран НКИД, а в 1936 зам. министра ин. дел. Он был креатурой Литвинова, долговременного врага наркома иностранных дел Чичерина, который именно в эти майские дни 1928 уедет в Европу на лечение. С этого времени «чичеринцы» начнут постепенно «выдавливаться» из наркомата и очень скоро противники наркома возьмут верх и в НКИД произойдёт поворот угодный Сталину и Молотову. 28 лет просидит этот чиновник в кресле министра, уступив в нашей истории по сроку пребывания в должности министра иностранных дел лишь Карлу Нессельроде (1816-56).

Дмитрию Устинову осенью этого года исполнится 20 лет. Сын самарского рабочего и в недавнее время ЧОНовец в Самарканде, он пока работает слесарем на Балахинском бумажном комбинате. Со временем, он станет министром обороны, утверждают, что именно его голос оказался решающим при обсуждении решения на ввод войск, перевесив все сомнения и колебания Брежнева, и этому юноше, грудь которого к старости украсят 11 орденов Ленина (даже у ненасытного к наградам Леонида Ильича их было только семь), будет суждено стать последним, чей прах в конце декабря 1984 года замуруют в Кремлёвскую стену.

В партию уже год как вступил только один из этой пятёрки, принявшей полвека спустя трагическое решение, подведшее итог существованию СССР. Алексей Косыгин, самый старший из них. Ему в эти дни 25 лет и через 10 лет он будет текстильным наркомом, а через 20 уже членом Президиума ЦК. В эти дни он работает в потребительской кооперации в Сибири и вернётся в родной Ленинград через два года с тем, чтобы закончив текстильный институт, совершить головокружительное восхождение по скользким от крови степеням сталинской карьерной лестницы. В прошлом году он женился на Клавдии Андреевне Кривошеиной и в начале ноября родится их дочь Людмила.

Самому младшему из пятёрки – Георгию Андропову летом исполнится 14 лет. Если верить его более чем путанной официальной биографии, в конце месяца он окончит школу, и вскоре будет уже работать помощником киномеханика в железнодорожном клубе на станции Моздок. В 1930-м он получит паспорт и сменит имя на более привычное для нас сегодняшних. А потом… Впрочем, сейчас он так юн, что вряд ли вызовет интерес у читателя.

«Но ты учти, что в нашем тихом крае жизнь не стоит, она идёт вперёд»… Через 61 год на Первом съезде народных депутатов на этих четырёх (с умалчиванием Косыгина) молодцов свалят всю вину за принятие известного решения.

24. 07. 2009, Комарово.

ТЕКСТ, АККОРДЫ И ТАБУЛАТУРЫ «ПЕСНИ КРАСНОАРМЕЙЦА»:

Am E Am Dm E
Вслепую пушка лупит, наотмашь шашка рубит,
Am F G(III) C
И ворон большекрылый над битвою кружит.
Am Dm E Am
А пуля знает точно, кого она не любит,
F Dm E Am
Кого она не любит в земле в сырой лежит.
A Dm E Am
А пуля знает точно, кого она не любит,
F Dm E Am
Кого она не любит в земле в сырой лежит.

Клинок ты мой холодный, конек ты мой голодный.
(вар: боёк ты мой холодный, паёк ты мой
голодный)
Не плачь моя мамаша, что писем нет давно.
Не будет он напрасным наш подвиг благородный,
И время золотое наступит всё равно.
Не будет он напрасным наш подвиг благородный,
И время золотое наступит всё равно.

Hm F# Hm Em F#
Не надо мне пощады, не надо мне награды,
Hm G(III) A(V) D
А дайте мне винтовку и дайте мне коня.
Hm Em F# Hm
А если я погибну, пусть красные отряды,
G Em F# Hm
Пусть красные отряды отплатят за меня.
H Em F# Hm
А если я погибну, пусть красные отряды,
G Em F# Hm
Пусть красные отряды отплатят за меня.

Аккорды и табы «Песня красноармейца» взяты с сайта: http://www.falshivim-vmeste.ru/songs/816480000.html

ОБ АВТОРЕ МУЗЫКИ «ПЕСНИ КРАСНАРМЕЙЦА»

ПОЖЛАКОВ, Станислав Иванович (04.01.1937, Мытищи под Москвой* - 26. 09. 2003 Петербург) - композитор, заслуженный деятель искусств России, член СК СССР (1971).

В 1954 году окончил в ленинградскую школу № 107 Выборгского района. Рано увлёкшись музыкой, обучался параллельно в музыкальной школе, впоследствии занимался самостоятельно композицией.

В 1958-1965 руководитель оркестров Ленэстрады. В 60-е гг. получили известность первые его работы - песни "Первые шаги" (Топ, топ, топает малыш), "Солнечная баллада", "Ребята с 70-й широты", "Память", "Человек из дома вышел", "Невский туман", "Отзовись", "Разговор с ветром", "Нет тебя прекрасней", "Розовый слон", "Причал", "Небо России". Писал музыку к спектаклям Ленинградского мюзик-холла ("Нет тебя прекрасней", 1967, "От сердца к сердцу", 1975), сочетавшую мелодичность с современными ритмами и особой бравурной "мюзик-холльной" интонацией (исполнял оркестр под упр. С.Горковенко). С 60-х гг. много писал для эстрадных ансамблей. Его произведения исполнялись "Дружба" под упр. А.Броневицкого ("Зачем снятся сны" - 1976, "Крымские зори", "Пора любви", 1977), "Лиры" ("Белый снег" 1979), ВИА Э.Пьехи под упр. Г.Клеймица ("Горько", "Любовь" - 1980). "Песню о нежности" (1973) перв. исп. Л.Сенчина, среди исполнителей песен и композиций Пожлакова: Л. Клемент, М. Магомаев, А. Ведищева, Ю.Богатиков, Э.Хиль, Л. Гурченко и др.

Работал в жанре оперетты ("Гори, гори, моя звезда"), музыкально-театральных фантазий ("Сирано де Бержерак" - 1985, "Зойкина квартира" по М.Булгакову, 1988), детских мюзиклов, работал для кино: им написана музыка к 20 фильмам, в том числе "Шаг навстречу" - 1975," Пятерка за лето" - 1974, "Кортик" - 1973, "Бронзовая птица" - 1974, "Боба и слон" - 1972. О творчестве Пожлакова снят документальный фильм "Лирическое настроение"(1975).

О нём: «КП» - Санкт-Петербург. — 07.10.2003, статья Алены Бобрович;
http://popsa.info/bio/364/364b.html

Некрологи: "Сенкевич забрал с собой друга", "Смена", 27.09. 2003. http://www.smena.ru/news/2003/09/28/970/
http://www.utro.ru/news/2003/09/26/235585.shtml

Собрание песен: (со ссылками для бесплатного скачивания) http://pozlakov.narod.ru/

* - в некоторых биографических справках местом рождения композитора указывается Ленинград.

ПРИМЕЧАНИЯ:

1. Во дворцах, ставшими музеями, императорская обслуга, превращённая в смотрителей, проработала до самой войны. Дело своё они знали. В книге мемуаров Троцких упоминает старых лакеев, которые продолжали работать в Московском кремле после революции. Один из них – ливрейный лакей Ступицын, сервируя стол для обеда Ленина и Троцкого, обошёл стол и развернул суповые тарелки таким образом, чтобы двуглавый орёл, украшавший их, оказался точно напротив лица обедающих. Старики помнили, где и как была расставлена мебель и нередко передвигали стулья по принципу: «этот стул надо поставить вот так». В столах царских кабинетов в ящиках на прежнем месте лежали их письменные принадлежности, бумаги и документы, коробочки с лекарствами. Запах душистого розового масла лампадок у сохранённых в некоторых случаях в спальнях иконостасов наполнял собой помещения, встречая посетителей. Один из хранителей Александровского дворца в Царском селе – Анатол. Мих. Кучумов (1912-1994), начавший работать там в конце 1930-ых вспоминал: «Казалось, что здесь до сих пор живут люди, просто они ненадолго отлучились. Всякий раз, попадая туда, я невольно испытывал некоторую неловкость. Если мой помощник по какой-то причине оставлял меня одного, я тут же отправлялся в другую комнату, так как меня смущало странное чувство, что в спальне присутствует кто-то невидимый». (С. Масси. «Павловск. Жизнь русского дворца», Л. 1990, стр. 240).

Бывшие слуги хорошо помнили прежних обитателей дворцов, их вкусы и интересы. Так молодые сотрудники узнавали от стариков, что стены туалетной комнаты Александра II были прежде увешаны картинами и литографиями, изображающих всевозможные фривольные сцены с участием обнажённых женщин, «царь такие очень любил».

2."Nicky 1902 looking at the Hussars. 7 March" ("Ники 1902 наблюдает за гусарами 7 марта "). У Романовых это было что-то вроде традиции: процарапывать на оконных стёклах памятные надписи. Покойный директор ГЭ Борис Пиотровский в книге воспоминаний упомянул об этих не дошедших до нас свидетельствах давно отшумевшей эпохи: "В окна уже были вставлены новые стекла. До войны на стеклах окон парадных залов, выходящих на Дворцовую площадь, я видел много подписей людей, выполненных на высоте человеческого роста бриллиантом перстня. Я никак не собрался их скопировать, во время войны стекла этих окон превратились в осколки, которые были убраны, Я жалею, что забыл об этих надписях в дни блокады, когда можно было бы кое-какие надписи собрать. Ныне сохранилась лишь одна из таких оконных надписей. Она находится в левой части окна, выходящего на Неву, самого крайнего у угла адмиралтейского фасада. Надпись относится к марту 1902 г. и сообщает о том, что Ники (Николай II) из этого окна смотрел на гусаров. Вероятно, эта надпись на английском языке начертана его матерью Марией Федоровной". Б. Б. Пиотровский, "Страницы моей жизни" СПб., "Наука", 1995, стр. 231.

"Это был первый приезд коронованной особы в Советский Союз, и власти не знали, как достойно поместить его в городе – не в Европейской же гостинице? Решено было поселить его в императорских комнатах Зимнего дворца, для чего пришлось временно потеснить занимавший эти комнаты Музей революции. (После своего возвращения в Афганистан, Аманулла, король-реформатор и отчасти даже либерал, был свергнут Бачо-Сакао, восставшим в Джеллалабаде и поддержанным мусульманским духовенством). Куплеты пелись на популярный мотив братьев Покрасс «Мы красные кавалеристы», где были слова «Ведь с нами Ворошилов, первый красный офицер, сумеем кровь пролить за Эр-эс-эф-эс-эр»:

Ведь с нами Аманулла, первый красный падишах,
И с ним режима старого сотрем мы прах! – Но ах:
Бывают же оказии
У нас и в Средней Азии –
Поддал под зад
Джеллалабад!

Ах, не сносить на кратере
Га-ла-вы!
Катись к такой-то матери
До Москвы,

А мы тебе за службу там дадим не алимент, –
В Музее революции а-пар-та-мент:
Сиди и пой с гитарою
На мир весь
Ни новую, ни старую весть:

(и тут переход на «Очи черные, очи страстные»):

«Ах, Британия,
Забыв все правила,
Без пропитания
Меня оставила,
Книжка заборная
На грудь мне взвалена –
Ах, очи черные
И речи Сталина!»

И. М. Дьяконов, "Книга Воспоминаний, СПб., 1995 стр. "249-250, Глава шестая (Коктебель) адрес: http://www.srcc.msu.su/uni-persona/site/authors/djakonov/6.htm

Об авторе этой сатирической частушки Павле Никол. Лукницком (1900-1972), см. в тексте и примечаниях ко второй и третьей частям.

2а. Чрезвычайный и Полномочный Посол в отставке П. Ф. Лядов в журнале "ДИПЛОМАТИЧЕСКИЙ ВЕСТНИК", февр. выпуск за 2002, ссылаясь книгу А. Ф. Борункова «Дипломатический протокол в России». М., 1999, с. 140—141, пишет: «В качестве примера одного из первых полноформатных визитов на высшем уровне можно привести визит короля Афганистана Амануллы-Хана в 1928 году. Программа визита предусматривала пышную встречу на вокзале с воинскими почестями (государственные гимны, почетный караул), визит М. И. Калинину в Большом Кремлевском дворце, возложение венка к Мавзолею В. И. Ленина, организация официального обеда, присутствие на военных маневрах на Октябрьском поле, посещение Ленинграда, Кронштадта, Севастополя с участием в смотре кораблей Балтийского и Черноморского флотов. В Москве афганский король вместе со свитой был размещен в особняке на Софийской набережной (ныне — резиденция посла Великобритании), а в Ленинграде — в Зимнем дворце».

2б. На необъятном просторе Интернета нашёл я и ещё одно свидетельство об этом визите и протокольных изысках, которыми предполагалось привлечь на нашу сторону симпатии восточного короля, принадлежащее перу Георгий Яффе из его письма питерскому литератору В. В Конецкому от 23 февраля 1980 г.:

«Виктор Викторович! Еще раз с Новым годом! Большой, дальневосточный, моряцкий привет!
[…] Мне афганский вопрос близок по двум причинам. В 1925 одну навигацию служил в Аму-Дарьинской погранфлотилии, на афганской границе. Имею на счету двух кабанов и одного тигра, также разгром басмаческой банды, переправлявшейся в Афганистан с мешком золотых десяток — подать бывшему хану бухарскому, который сбежал тогда. И второй случай в 1928 году. Служил на ЛК «Марат». Летом стояли на рейде в Лебяжьем. Вдруг подняли ночью, срочная погрузка. Подвели «Первенца», была такая баржа из остатков старого броненосца. Доставили кучу продовольствия, поваров и официантов из «Европейской» и «Астории», новые (!) брюки для всей команды, белые (!) — Вы знаете, что на Балтике белых брюк не носят, это привилегия черноморцев. В общем, утром было приказано одеться по форме «раз», построили по большому сбору и объявили, что находившийся в первый раз в Европе с визитом король Афганистана прибудет на линкор со всеми членами нашего правительства. Меня и Колю Левченко, за рост, назначили фалрепными, на нижнюю площадку трапа. Около половины одиннадцатого на рейд прибыла из Ленинграда ЭМ «Калинин» под флагом Председателя ЦИК и афганским — черное знамя с иероглифами, стал на якорь — была зыбь, работал свежий вест и ЭМ подойти к борту не смог. Был тогда в Кронштадте катер командующего — паровой, с ярко надраенной медной трубой, на нем и пересаживали гостей. Первым пришел «Калинин». Мы с Левченко выбрали момент, когда катер приподняло на зыбь, и подняли Михаила Ивановича как пушинку. Михаил Иванович, к великому нашему удивлению, став на площадку трапа, поклонился, вежливо поздоровался и пожал нам руки. Это под «Захождение», когда все стоят по большому сбору!

Вторым катером прибыл Амманула-хан — король был в сопровождении командующего Викторова (великий был матерщинник). С королем нам пришлось попотеть, он был килограмм на сто сорок, выдернули со второго раза, за что Викторов не стесняясь «покрыл» нас, как только он умел. Потом был парадный обед. Для гостей повара готовили отдельно, на офицерском камбузе. Помню, что баранов таскали по двое одно блюдо, зажаренных целиком. Все это уже история, но я считаю себя причастным к афганским событиям…» http://www.konetsky.spb.ru/about/stories/tom-7/7-3/

2в. А вот свидетельство будущего главкома ВМФ Кузнецова об обстоятельствах отбытия падишаха из СССР (проводы в Стамбуле):

«САЛЮТ НАЦИЙ
В мае 1928 года "Червона Украина" совершила поход в Стамбул. Нам предстояло встретить и эскортировать яхту "Измир", на которой возвращался из Стамбула падишах Афганистана Аманулла-хан, посетивший нашу страну и Турцию.

27 мая крейсер в сопровождении трех эсминцев вышел из Севастополя, а на следующий день был уже в живописном Босфоре. Несколько крутых небезопасных поворотов в узостях пролива - и мы стали на якорь около бывшего султанского дворца Долма Бахча. Начались бесконечные визиты высокопоставленных гостей, салюты в их честь. Международные флотские обычаи точно определяют, кому и сколько полагается давать выстрелов. Мудрить тут не приходится. Но именно с салютами-то у нас и вышла промашка.

Уже много гостей побывало на крейсере. Залпы гремели над Босфором. Кому давали салют из пятнадцати выстрелов, кому из одиннадцати, а кому из девяти
или семи. Когда уже садилось солнце, на борт крейсера прибыл военный губернатор Стамбула. Он провел у нас положенные пятнадцать минут, отведал русской икры и русской водки, затем попрощался и под звуки оркестра сошел на свой катер. Едва катер отвалил от трапа, на нашей мачте, как положено, взвился турецкий флаг, а носовые пушки открыли пальбу. Губернатору по его чину полагалось, кажется, девять выстрелов, но после целого дня почти непрерывной стрельбы артиллеристы устали и сбились со счета. Они дали только восемь выстрелов. И никто не заметил ошибки. Никто, кроме самого губернатора. Через несколько минут турецкий катер снова подошел к "Червоной Украине".

Адъютант губернатора заявил, что его начальник не удовлетворен и требует сатисфакции. Наш командир попросил передать губернатору извинение.
- Мы с удовольствием вновь бы салютовали в его честь, но сейчас, к сожалению, уже поздно, солнце зашло, флаг спущен, а после спуска флага
давать салют не полагается. Но турецкий офицер настаивал: губернатор все равно должен получить удовлетворение. Нельзя сейчас - пусть пропущенный выстрел будет дан утром. Пришлось согласиться. Рано утром снова подняли турецкий флаг и дали один-единственный выстрел. Никто, кроме стамбульского генерал-губернатора и его свиты, наверно, так и не понял, что сие значит.

После истории с губернатором командир приказал особенно тщательно подготовиться к предстоящему салюту в честь Амануллы-хана. Тут уже все
должно быть честь по чести! Обычно приказы передавались по телефону. На этот раз дополнительно на кормовом и носовом мостиках поставили еще сигнальщиков. Увидев уже знакомую белую яхту падишаха, они должны были поднять флажки: "Приготовиться". Когда флажки будут опущены, артиллеристы начнут салют.

На вахте стоял наш пилот М. И. Козлов, в будущем известный полярный летчик. Он и отдавал все необходимые распоряжения. И вот из-за мыса
появилась белая яхта. Сам командир вышел на ют. Пушки были готовы к стрельбе. Сигнальщики подняли флажки... Прошло несколько минут, и
выяснилось, что идет какая-то другая яхта, лишь похожая на ту, которую мы ждали. На ней не было штандарта.
- Отставить! - раздраженно скомандовал Несвицкий. Его громкий голос разнесся по палубе. Сигнальщики опустили флажки.
Отставить так отставить!

Но артиллеристы, напряженно ждавшие сигнала, поняли это по-своему: раз флажки опущены, надо стрелять1
- Правая! - последовала команда артиллериста Лепина. - Левая!

Выстрелы прозвучали один за другим... А падишаха, которому полагался такой торжественный салют, не было и в помине. Надо ли рассказывать, какие "поощрения" посыпались на провинившихся!». Н. Г. Кузнецов. «Накануне», адрес в Интрнете: http://militera.lib.ru/memo/russian/kuznetsov/index.html

3. Воспоминания о периоде учёбы в этом лицее единственного русского выпускника "Хабибия", Конст. Конст. Сливицкого (23. 08. 1906, Кушка - 1983, Ташкент) можно прочитать в книге В. А. Ромодина "Очерки по истории и истории культуры Афганистана, середина XIX - первая треть XX в.", М., изд. "Наука", ГРВЛ, стр.169-173. О К. К. Сливицком одном из первых QRZ-радиолюбителей Туркестана, а также радиоразведчике у нас ещё пойдёт разговор на страницах этой темы. Материалы биографичческого характера о С. "Сливицкий Константин Константинович – первый радиоразведчик и радиолюбитель Туркестана ?" (статья Юрий.(UK8AIE)), расположены по адресу: http://www.qrz.ru/articles/article452.html

4. О построенной от Кабула до Дар-ул Амана в 1927 году железнодорожной ветке читайте: Towraghondi railway in action (2008-02-08) http://www.andrewgrantham.co.uk/afghanistan/tag/kabul/
http://www.andrewgrantham.co.uk/afghanistan/news/page/8/
The Museums of Kabul (2008-02-16) http://lizpeverly.blogspot.com/2008/02/museums-of-kabul.html
Afghan Treasures: there, here (2008-05-28) http://www.syracuse.com/followi....re.html
[/spoiler]

 
baktria Дата: Пятница, 24.07.2009, 23:31 | Сообщение # 2
Майор ПВ-Афган

Военный билет

Группа: Опытный боец
Сообщений: 122
5. Обратите внимание на головные уборы сотрудников советской миссии – круглые барашковые шапки, напоминающие папахи. В анкете "Вечерней Москвы" «Как должен одеваться советский дипломат?», полпред СССР в Афганистане Ф.Ф.Раскольников указывает своё мнение - необходимо ввести форменную одежду для советских дипмиссий за границей, приводя в пример практику представительства в Афганистане: «Ношение обращающей на себя внимание одежды, злоупотребление цилиндрами, шикарными выездами может дискредитировать представителей Советской власти в глазах местного рабочего класса. Я затрудняюсь сказать, насколько необходимы фраки, цилиндры и т.п. буржуазные атрибуты в условиях западноевропейской работы, но, как восточный полпред, могу заявить, что в мусульманских странах это абсолютно не вызывается обстоятельствами. В Афганистане, еще со времен тов. Сурица, в парадных случаях было заведено ношение круглой барашковой шапки. Я тоже продолжал эту традицию, и должен сказать, что афганскому самолюбию гораздо больше льстили эти скромные головные уборы, чем самые фешенебельные цилиндры буржуазных послов. Точно так же ни Сурицом, ни мной, ни разу не одевался фрак; должен сознаться, что цилиндра и фрака даже не было в нашем гардеробе. В некоторых официальных случаях я, как бывший военмор, иногда надевал военно-морскую форму».
Фотография с сайта «Архивы России».

6. Отец Амануллы эмир Хабибулла (3. 06.1872, Ташкент – 20. 02. 1919, Лагман) был убит в Пагмане неизвестным по наущению Надир-хана; об участии в этом убийстве самого Амануллы никаких данных нет. Он появился на сцене только после убийства, когда его мать уговорила войска признать его эмиром.

О дяде Амануллы, принце Насрулле (7. 04.1875, Ташкент – 31. 05 1920, Кабул*), бывшем короткое время 16-м эмиром Афганистана и упомянутом Раскольниковым, см. стр. Википедии (англ.): http://en.wikipedia.org/wiki/Nasrullah_Khan

* точные даты даны жизни по сайту: http://freepages.genealogy.rootsweb.ancestry.com/~royalt....ml#I100

7. С несколькими письмами Ф. Ф. Раскольникова и Л. М. Рейснер, посланными ими из Кабула и опубликованными в журнале "Отечественные архивы" № 3 (2003 г.), "Мятежная чета" в Кабуле. Письма Ф.Раскольникова и Л. Рейснер Л. Троцкому (1922 г.)", РГВА. Ф. 33987. Оп. 2. Д. 141., можно ознакомиться по адресу: http://www.rusarchives.ru/publication/kabul.shtml

 
baktria Дата: Воскресенье, 20.12.2009, 17:57 | Сообщение # 3
Майор ПВ-Афган

Военный билет

Группа: Опытный боец
Сообщений: 122
ДОПОЛНЕНИЯ К I ЧАСТИ

Галина Пржиборовская, "ЛАРИСА РЕЙСНЕР" Глава 28 Серия "Жизнь замечательных людей", М. 2007

 
baktria Дата: Воскресенье, 20.12.2009, 18:20 | Сообщение # 4
Майор ПВ-Афган

Военный билет

Группа: Опытный боец
Сообщений: 122
ДОПОЛНЕНИЯ К I ЧАСТИ

Галина Пржиборовская, "ЛАРИСА РЕЙСНЕР" Глава 28 Серия "Жизнь замечательных людей", М. 2007

 
baktria Дата: Воскресенье, 20.12.2009, 18:42 | Сообщение # 5
Майор ПВ-Афган

Военный билет

Группа: Опытный боец
Сообщений: 122
ДОПОЛНЕНИЯ К I ЧАСТИ

Галина Пржиборовская, "ЛАРИСА РЕЙСНЕР" Глава 28 Серия "Жизнь замечательных людей", М. 2007



Сообщение отредактировал baktria - Понедельник, 21.12.2009, 13:41
 
baktria Дата: Среда, 27.01.2010, 00:48 | Сообщение # 6
Майор ПВ-Афган

Военный билет

Группа: Опытный боец
Сообщений: 122
ПРИЛОЖЕНИЕ К I ЧАСТИ



Сообщение отредактировал baktria - Среда, 27.01.2010, 15:25
 
Поэт Дата: Среда, 27.01.2010, 03:13 | Сообщение # 7
Ветеран ПВ-Афган

Военный билет

Группа: Опытный боец
Сообщений: 481
Спасибо. Очень интересно.


SHOW MUST GO ON
 
baktria Дата: Четверг, 03.06.2010, 19:22 | Сообщение # 8
Майор ПВ-Афган

Военный билет

Группа: Опытный боец
Сообщений: 122
ЗНАК ВЫПУСКНИКОВ АВИАЦИОННЫХ КУРСОВ (ок. 1935).

В начале 30-х годов по просьбе королевского правительства Афганистана в СССР готовились командные кадры для авиации королевства. К концу обучения афганские курсанты буквально потребовали знаки за окончание наших авиационных школ. С согласия начальника ВВС РККА Я.И.Алксниса, отдел военно-учебных заведений управления ВВС в срочном порядке разработал и заказал в Московской артельной мастерской "Стильмет" серию знаков, которые и были выданы всем выпускникам.

Знак чрезвычайно редкий, т.к. почти весь тираж "ушёл" в Афганистан. Нет его даже в Центральных музеях. Поспешность изготовления сказалась на его изобразительных качествах: ошибка в начертании серпа и молота, перегрузка символикой знака и ее тавтология.

Текст и изображение с сайта: ERICH-BUBB.UCOZ.RU

 
baktria Дата: Среда, 25.05.2011, 15:36 | Сообщение # 9
Майор ПВ-Афган

Военный билет

Группа: Опытный боец
Сообщений: 122
И. В. Дубинский «Примаков», серия «ЖЗЛ», «Молодая Гвардия», М. 1968. 176 стр., 84x108/32 (фрагмент)







ОБ АВТОРЕ:



О ПРИЧИНАХ НЕ ПОЗВОЛИВШИХ И. В. ДУБИНСКОМУ ПОПАСТЬ В АФГАНСТАН В 1929 ГОДУ:

 
baktria Дата: Вторник, 15.03.2016, 15:07 | Сообщение # 10
Майор ПВ-Афган

Военный билет

Группа: Опытный боец
Сообщений: 122
«ВЗЯТИЕ МАЗАРИ-ШАРИФА В 1929 ГОДУ»



В. П. КУЦЕНКО, «Взятие Мазари-Шарифа в 1929 году», первая публикация в сети Интернет: на avtomat2000.com. 23.02.2013 , админ сайта и правообладатель материала - Нат. Плотникова.

ХРОНОЛОГИЧЕСКИЙ ДАЙДЖЕСТ операций Красной Армии в северных районах Афганистана в апр.-мае 1929 года (приложение к документально-художественной хронике «Не будет он напрасным», часть II).

15-26. 04. 1929

* * *

«ТАШКУРГАНСКИЙ ЭПИЗОД»



Горная гряда вблизи Ташкургана, Афганистан, 1936, фото из коллекции Фредерика Гарднера КЛЭППА (Frederick G. Clapp). Собрание сайта collections.lib.uwm.edu, Университет Висконсин-Милуоки (Wisconsin-Milwaukee).

ХРОНОЛОГИЧЕСКИЙ ДАЙДЖЕСТ операций Красной Армии в северных районах Афганистана в апр.-мае 1929 года (приложение к документально-художественной хронике «Не будет он напрасным», часть III).

13-23 и 26-29. 05. 1929

* * *

НЕСКОЛЬКО ПУБЛИКАЦИЙ ПО ТЕМЕ

Пронин Александр , Спецназ Рагиб-бея // «Независимая газета. Военное обозрение», 7 апреля 2000

Тихонов Ю. Н., Афганская война Сталина Битва за Центральную Азию / Эксмо, Яуза, Москва, 2008 ISBN: 978-5-699-25203-9 [в формате PDF, 2.9 МБ].

Абдуллаев К. Н. От Синьцзяня до Хорасана. Из истории среднеазиатской эмиграции XX века. / Душанбе: "Ирфон", 2009.

Агабеков Г. С. ЧК за работой. — Берлин: Стрела, 1931. — С. Глава XXV, «Сталинская авантюра войны»; Агабеков Г. Секретный террор. М., 1998. С. 270—272.

Аптекарь П. Первая кровь. Примаков берет штурмом Мазари-Шариф // Родина. 1999. № 2. С. 17—21.

Аптекарь П. Специальные операции Красной Армии в Афганистане в 20-е годы // Центрально-Азиатский Толстый Журнал / Гл. ред. М. Е. Озмитель.

Бойко В. С. Советско-афганская военная экспедиция в Афганистан 1929 года // Азия и Африка сегодня. 2001. № 7.

Панин Б. С. Советская Россия и Афганистан. 1919—1929. М., 1998. С. 207—211.

Пронин А. В. «Советский Лоуренс» в Афганистане//«Независимая газета. Военное обозрение», 7 апреля 2000.

Чернявский Станислав , К 30-летию ввода советских войск в Афганистан. «Советский Лоуренс» в Мазари-Шарифе
 
Форум » КСАПО 81-ый Термезский погранотряд, в/ч 2099 » ММГ-2 Ташкурган » "НЕ БУДЕТ ОН НАПРАСНЫМ..." (О событиях 1929 года.)
  • Страница 1 из 1
  • 1
Поиск:
Активность пользователей Новые пользователи
Tura1989
Sergei318
jazz-18Usman
Leonidamper
ДобрыденьАфган
Поэтbrodnikov651
aleks-58005260943
СуровцевFraun
vetla123papa-maf
Саша26rya
Zavadapvsnezhinsk
кедрlimonow1965
Посетители за сутки:


Copyright ПВ Афган © 2018
Хостинг от uCoz